НАУЧНЫЕ ФАКТЫ СТОЯЩИЕ ЗА РАЗВИТИЕМ ЛАЭТРИЛ ТЕРАПИИ

   Выдвигать аргументы за или против Лаэтрила, основываясь на лабораторных экспериментах и их результатах - смешно. Все эти эксперименты проводят люди, которые могут обманываться - и обманывать. С тех пор как исследования в области рака и его методы лечения обеспечиваются миллиардами долларов, государственные агентства вместе с главными раковыми исследовательскими центрами всегда будут скрывать правду. Разве можно вылечить рак таким "дешевым и тривиальным" средством как абрикосовая косточка! Вот почему исследования в области Лаэтрила раковыми исследовательскими центрами были саботированы.

   "Ибо любовь к деньгам есть корень всех зол." (1 Послание к Тимофею 6:10).

   "Лукаво сердце человеческое более всего и крайне испорчено; кто узнает его?" (Иеремия 17:9).

   Однако, некоторые исследователи по прямоте своей всегда отказывались играть в политические игры в области рака. Не деньги служили их мотивацией, но любовь к знаниям и истине. Вот список их имен с кратким описанием их вклада в исследования Лаэтрила:

    Доктор Эрнст Т. Кребс Младший, биохимик и исследователь, первый получил Лаэтрил из абрикосовых семян. Также открыл В15 (пангамную кислоту, витамин, играющий важную вспомогательную роль в лечении болезней, связанных с кровообращением). Три года он занимался анатомией и медициной в Медицинском Колледже Ханхеманн и затем изменил свое научное направление и стал доктором биохимии. Он защитил диплом в Иллинойском Университете в 1938-1941 г. и позже получил ученую степень в Университете штата Миссиссиппи, а также в Калифорнийском Университете. К 1950 г. он изолировал питательный элемент в форме кристалла и назвал его Лаэтрил. Он проверил его токсичность сначала на животных. Ему надо было проверить это на людях. Он мог сделать только одно. Он закатал рукав рубашки и ввел себе в вену большую дозу Лаэтрила. Как он и предполагал, он остался живой и здоровый. (Мне кажется нелишним заметить, что "врачи-специалисты", прописывающие химиотерапию и облучение, а также весь их персонал, принимают все меры предосторожности, чтобы оградить себя от химикатов, которые они же прописывают своим жертвам, я имею в виду пациентов). Доктор Кребс - автор многих научных трудов и статей. Он удостоен бесчисленных почетных наград и ученых степеней как дома, так и за рубежом. Он был научным директором Мемориального Фонда Джона Берда до самой своей смерти в 1996-м.

    Доктор Дин Барк, Директор Отдела Химии Цитоплазмы государственного Национального Института Рака, представил отчет о серии тестов на животных тканях, в котором утверждалось, что Витамин В17 (Лаэтрил) не имеет побочных воздействий на нормальные клетки и смертелен для раковых клеток. В других исследованиях Др. Барк сообщал, что Лаэтрил продлевает жизнь больных раком крыс на 80 % больше сравнительно с теми, которым не была сделана прививка. Др. Барк был одним из самых продвинутых специалистов в мире в области рака.

Он был удостоен почетной Премии  Gerhard Domagk за Исследования в Области Рака, Премии Hillebrand Американского Химического Общества, а также рыцарского сана от Медицинского Ордена Вифлеема (Рим), основанного в 1459 Римским папой Пием Одиннадцатым. Он защитил степень Доктора биохимии в Университете штата Калифорнии. Он был почетным членом Национального Исследовательского Совета в Университете Лондона, Институт Биологии имени Кайзера Вильгельма, и также Гарварда. Он занимал должность старшего химика в Национальном Институте Рака, который он помогал организовывать, и в 1946 он стал  там Директором Отдела Химии Цитоплазмы. Он принадлежал к одиннадцати научным организациям, написал три книги, касающиеся исследования химиотерапии в лечении рака, и был автором или соавтором более, чем 200 научных трудов в области биохимии клетки. Он - биохимик. Если доктор Барк говорит, что Лаэтрил работает, я верю ему!

    Давайте взглянем еще на одни исследования. В течение пяти лет с 1972 по 1977 Лаэтрил придирчиво исследовался в центре Sloan-Kettering под руководством доктора Канемаци Сугиура. Д-р Сугиура был главой исследовательской лаборатории этого центра и обладал опытом 60-летней работы! Он заработал себе высочайшее уважение за свои знания и честность. Ничто не могло встать на его пути, когда он стремился узнать правду.

   "Немногие в области раковых исследований известны так как Д-р Сугиура," - писал о нем  Д-р Честер Сток. Возможно, лучшая оценка его работы дана одним русским специалистом, "Если Др. Сугиура публикует что-то из своих исследований, мы знаем, что нам не нужно их повторять, потому что мы получим те же результаты." (Ralf Moss, The Cancer Syndrome, New York: Grove Press, 1980, pg 258). Для своей лаборатории Сугиура был как раз тем человеком, в честности которого никто не мог сомневаться. Однако для целей Мемориального Центра это был наихудший выбор.

   Сугиура провел свои эксперименты, используя разных животных и разные виды опухолей: как трансплантированные, так и появившиеся естественным путем.

   Вот официальное заявление Д-ра Сугиуры по поводу Лаэтрила. "Результаты ясно показали, что Амигдалин значительно сдерживает появление метастаз в легких у мышей с опухолями молочных желез, и значительно подавляет рост простейших опухолей. . . Лаэтрил также в некоторой мере предотвращает появление новых опухолей. . . В своем космическом опыте работы со всеми другими химиотерапевтическими препаратами Др. Сугиура еще ни разу не наблюдал полное уничтожение этих опухолей." ("A Summary of the Effect of Amygdalin Upon Spontaneous Mammary Tumors in Mice," Sloan-Kettering report, June 13, 1973.)

   Доклад Сугиуры вызвал великую бурю в Центре Слоан-Кеттерин. Не надо забывать: рак - это индустрия, в которой вращаются миллионы долларов в год. Как и следовало ожидать, опыты передоверили другим людям. Чтобы понять что произошло, необходимо отступление.

   Директорат Слоан-Кеттерин контролируется корпоративными исполнительтными лицами, представляющими финансовые интересы фармацевтических компаний. Контрольные акции в них принадлежат династии Рокфеллеров и их картельным партнерам. Во время доклада Сугиуры трое Рокфеллеров (Джеймс, Лоренс и Уильям) сидели за столом и плюс еще дюжина людей, чьи компании находятся внутри финансовой орбиты Рокфеллеров.

   Джон Д.Рокфеллер и его сын Джи.Д. II, начали спонсировать Мемориальный Больницу в 1927. Также они предоставили землю в Манхеттене, под строительство нового центра. Но ничто не дается без того, чтобы не получить что-то обратно. В нашем случае, это означало контроль над одним из ведущих медицинских центров в мире.

  Не удивительно, что результаты опытов Сугиуры не обрадовали его работодателей. Руководство мало интересует то, что творится в лабораториях в научном смысле. Их интересует новое лекарство, которое можно запатентовать и увеличить денежный приток. Они не сразу поняли суть доклада, но когда они его поняли, все черти посрывались с цепи. Если лекарство от рака может быть найдено в экстракте из простых абрикосовых косточек, это ужасный удар по всей фармацевтической индустрии рака.

   Тот же самый Др. Сток, автор предисловия к четырехтомному труду Сугиуры, ныне вице-президент Слоан-Кеттерин, теперь доказывал, что результаты Сугиуры стоит пересмотреть. На пресс-конференции репортер внезапно спросил Д-ра Сугиуру, “Вы уверены в своем докладе?”

Д-р Сугиура ясно и смело ответил, “Да, уверен.”

    Его эксперименты были продублированы двумя докторами-биохимиками, Д-р Элизабет Стокерт и Д-р Ллойд Шлоен, и снова - положительный результат. Шлоен зашел еще дальше, объявив, что добавка к Витамину В17 ферментов протеолита производит 100 % излечение швейцарских мышек-альбиносов. Но это опять был не тот результат, которого они добивались.

   Что легче всего в мире - так это организовать чей-нибудь провал. Не так уж трудно дискредитировать Лаэтрил. Все что требуется - это сделать кое-какие изменения в протоколе, снизить дозу, изменить критерии оценки, запутать всю процедуру, и, если потребуется, солгать. Книга Э.Д.Гриффина, "World Without Cancer," подробно рассказывает как власти Слоан-Кеттерин пытались дискредитировать своего лучшего исследователя.

   Тем, кто не верит в то, что ученые могут лгать в таких важных научных вещах, стоит вспомнить, что в 1974 Слоан-Кеттерин стал ареной одного из крупнейших научных скандалов в США. Д-р Уильям Саммерлин, один из ведущих исследователей центра, объявил, что он нашел способ как предотвратить процесс отторжения трансплантированной ткани ее рецепиентом. В качестве доказательства он показал белую мышь с квадратными черными пятнами, заявляя, что кусочки кожи, взятые от черной мыши, прижились на белой.

  Не совсем. Черные пятна были нарисованы черным маркером. (Joseph Hixon, The Patchwork Mouse; Politics and Intrigue in the Campaign to Conquer Cancer (New York, 1976).

   Теперь, пусть нам уже известны лабораторные результаты, давайте посмотрим на то, к чему пришли сами врачи в своих исследованиях.

    Уже в 1974 году мы можем набрать по крайней мере 26 различных публикаций, написанных известными специалистами, которые использовали Лаэтрил в лечении своих пациентов и которые могли подтвердить, что Лаэтрил безопасен и эффективен в лечении рака.

   Д-р Ханс Ньепер, Западная Германия, бывший директор отдела лекарств в Больнице Силберси в Ганновере. Он - пионер в медицинском использовании кобальта и изобретатель антиракового препарата циклофосфамид. Он - автор концепции " electrolyte carriers " для предотвращении кардиального некроза. В прошлом он являлся главой Aschaffenburg Стационарной Лаборатории по исследования в области кровообращения. Он перечислен в книге “Кто Есть Кто В Мировой Науке”. Он являлся Директором Немецкого Общества Медицинской Обработки Опухолей.  Это один из ведущих раковых специалистов. Во время своего визита в США в 1972-м году Д-р Ньепер сказал репортерам, "После более чем 20 лет работы с антираковыми препаратами я нашел, наконец, нетоксичный нитрилоцид - он же Лаэтрил - который на голову выше всех ныне существующих препаратов в лечении и профилактике рака. По моему мнению, это наша единственная возможность установить окончательный контроль над раком."

    В Канаде это Д-р N.R. Bouziane, M.D., бывший Директор Научно-Исследовательских Лабораторий в Больнице Св. Жанны Д’Арк в Монреале, а также активный член больничной группы, ратующей за запрещение химиотерапии в лечении опухолей. Он получил звание magna cum laude в области медицины от Монреальского Университета. Он также получил научную докторскую степень в Монреальнском Университете и Университете C- Джозефа, филиале Оксфордского Университета в Новом Брансвике. Он был почетным членом в области химии и гематологии, и имел сертификат в клинической бактериологии, гематологии и биохимии, полученный от колледжа. Также он  был Деканом Американской Ассоциации Биоаналитики.

   После первой серии испытаний Laetrile вскоре после того, как он был с ним ознакомлен, доктор Боузиан сообщал: “Мы всегда базируем свои диагнозы на гистологии [микроскопический анализ ткани]. Мы никогда не рассматривали ни один случай без гистологического доказательства рака ... В наших исследованиях некоторые случаи были настолько безнадежны, что они не справлялись даже с общими дозами в тридцать граммов. Большинство случаев, однако, стало амбулаторными, и некоторые люди за короткое время возобновили свою деятельность, принимая поддерживающую дозу.” (Cancer News Journal, январь / апрель. 1971, PG. 20)

     На Филиппинах это Мануэль Наварро, M.D., бывший Профессор Медицины и Операционной Хирургии в Университете Santo Tomas в Маниле; ассоциативный член Национального Исследовательского Совета Филиппинских островов; почетный член Филиппинского Колледжа Врачей, Филиппинского Общества Эндокринологии и Обмена Веществ; член Филиппинской Медицинской Ассоциации, Филиппинского Общества Рака, и многих других медицинских групп. Он был признан международной величиной в исследованиях рака и имеет множество напечатанных научных работ, некоторые из которого специально зачитывались перед Международным Конгрессом Рака. В 1971 доктор Наварро писал:  “Я. .. специализировался в онкологии [изучение опухолей] в течение последних восемнадцати лет. Столько же лет я использовал Laetrile-Amygdalin при лечении своих раковых пациентов. В течение этого восемнадцатилетнего периода я обработал более чем пять сотен пациентов  веществом Laetrile - Amygdalin, прописывая как оральный прием, так и инъекции. Большая часть моих пациентов, принимающих Laetrile? Amygdalin, находились в предельном состоянии, когда я начал лечение этим препаратом. Это мое тщательно проверенное клиническое заключение, как исследователя, так и онколога-практика, что я достиг наиболее важных и обнадеживающих результатов только при использовании Laetrile-Amygdalin при лечении клинических раковых пациентов, и что эти результаты несопоставимы и неизмеримо выше тех результатов, которых я достиг с использованием более токсичных стандартных цитотоксических препаратов”. (Письмо Доктора Наварро к Г. МакНайтону, Фонд Макнайтона, дата - 8 января, 1971, издано в Cancer News Journal, январь / апрель, 1971, стр. 19,20.)

    В Мексике есть Эрнесто Контрерас, M.D.,  более чем три десятилетия подряд руководящий Раковой Клиникой в Больнице Доброго Самаритянина (теперь она называется Больницей Оазиса) в Тихуане. Он - одни из наиболее выдающихся фигур в медицине Мексики. Он получил степень аспиранта в Детской больнице Гарварда в Бостоне. Он отслужил как профессор Гистологии и Патологии в Мексиканской Военно-Медицинской Школе и как главный патолог в Больнице Армии в Мехико. Доктор Контрерас был познакомлен с Laetrile в 1963 году клиническим пациентом рака из Соединенных Штатов, которая привлекла его внимание к этому препарату и убедила его проверить его в ее лечении. Женщина выздоровела, и доктор Контрерас начал обширное исследование его свойств и использования. Начиная с того времени, он обработал много тысяч раковых пациентов, большинство из которых - американские граждане, которым лишены свободы лечиться Laetrile в их собственной стране.Доктор Контрерас суммировал свой опыт работы с витаминной терапией следующим образом:

    “Паллиативное воздействие [улучшение комфорта и общего состояния пациента] имеет место в приблизительно 60 % случаев. Достаточно часто для того, чтобы это отметить, я обнаружил затухание развития болезни и даже регрессию опухоли в некоторых из самых безнадежных случаев). (Cancer News Journal, январь / апрель, 1971, cтр. 20. Мы должны иметь в виду, что все это - предельные случаи, которые были расценены как безнадежные ортодоксальной медициной. Пятнадцать процентов выздоровления в этой группе - это внушительное достижение.)

     В Японии имеется Shigeaki Sakai, видный врач в Токио. В документе, изданном в октябре 1963 Азиатским Медицинским журналом, доктор Сакаи сообщил:

 “ Прописываемый раковым пациентам, Laetrile доказал, что то, что он свободен от каких-либо побочных эффектов. Я должен  сказать, что ни один антираковый препарат не улучшает положение ракового пациента быстрее, чем Лаэтрил. Само собой разумеется, что как средство управления раком Laetrile весьма эффективен во всех случаях расположения рака.

   В Италии есть Профессор Итор Гуидетти, М.Д., из Университета Туринской Медицинской Школы. Доктор Гуидетти говорил перед Конференцией Международного Сообщества Против Рака, проведенной в Бразилии в 1954-м  и показал, как его использование Laetrile на клинических раковых пациентах вызывало разрушение широкого многообразия опухолей, включая опухоли матки, шеи, прямой кишки, и груди. " В некоторых случаях, " - говорил он," - каждый мог  наблюдать группу опухолевых масс, очень быстро растворяемых. " Он сообщил, что, после лечения Laetrile пациентов с раком легкого, он смог  " наблюдать, при помощи рентгенографии, регресс новообразования или метастаз." После речи Гуидетти, из аудитории поднялся Американский доктор и объявил, что Laetrile был исследован в Соединенных Штатах и признан несостоятельным в лечении рака. Доктор Гуидетти ответил, " Меня не интересует, что было признано в Соединенных Штатах. Я просто сообщаю вам о том, что я наблюдаю в моей собственной клинике. " (Cancer News Journal, январь / апрель, 1971, с. 19)

     В Бельгии есть Профессор Джозеф Х. Маисин, Сэр, М.Д., из Университета Louvain, где он был Директором Института Рака. Он также являлся Президентом Емеритус Международной Лиги Против Рака, который проводит Международный Раковый Конгресс каждые четыре года.

      И в Соединенных Штатах имеются такие уважаемые врачи как доктор Дин Барк из Национального Института Рака; доктор Джон А. Moррон из Медицинского Центра Города Джерси; доктор Эрнст Т. Kребс, Младший, кто разработал Laetrile; доктор Джон А. Ричардсон, храбрый врач из Сан-Франциско,  бросивший вызов  запрету правительства на использование Laetrile в клиниках Соединенных Штатов (См. John А. Richardson, M.D., and Patricia Griffin, R.N., Laetrile Case Histories; The Richardson Cancer Clinic Experience, изданный Westlake Village, CA, American Media, 1977); доктор Филип Е. Binzel, младший, врач в Суде Вашингтона, Штат Огайо, который использовал Laetrile в течение более чем двадцати лет с невероятным успехом (Филип Е. Бинзел, M.D., Alive and Well, One Doctor’s Experience with Nutrition an the Treatment of Cancer Patients, опубликован American Media, Westlake Village,  1994); и многие другие в более чем двадцати стран мира с одинаково безупречными верительными грамотами. "

    По моему мнению эти результаты гораздо более убедительны, чем некие лабораторные доказательства. Высокоуважаемые специалисты по всему миру с помощью Лаэтрила ставили людей на ноги во многих безнадежных случаях. Помните, лабораторные эксперименты проводятся людьми и результат в них зачастую может быть запрограммирован заранее. Недобросовестные люди используют отчеты для своих собственных целей, а вовсе не на благо раковых пациентов.

   Лаэтрил - это витамин, который не может быть запатентован. Его нецелесообразно использовать в раковой терапии, потому что он не приносит никаких денег исследовательским раковым центрам и всему конгломерату индустрии фармацевтики. Для них панацея от рака находится в их же лекарствах, хотя им самим прекрасно известно, что эти лекарства никого не лечат. Давайте сами взглянем на то, что реально предлагают раковому больному хирургия, облучение и химиотерапия.

   Хирургическая операция наиболее безвредна из этих трех видов. Она может спасти жизнь пациента, если нужно освободить кишечные заторы и предотвратить смерть, которая может наступить из-за вторичных осложнений. Имеется также чисто психологический момент : опухоль удалена и больному дана надежда и временный комфорт.  Однако, операция является действенной лишь настолько, насколько опухоль не злокачественна. Чем больше содержание злокачественных раковых клеток в опухоли, тем меньше надежды на то, что операция спасет. Наиболее злокачественные опухоли рассматриваются как неоперабельные. Существует также достаточно двуличное мнение, что разрез опухоли, даже в случае биопсии, всегда приводит к положительному результату. Но в первую очередь, это всегда травма в оперируемой области. Она как бы запускает по новой процесс выздоровления, но в ответ рождается больше "трофобластовых" клеток (начало рака) в качестве субпродукта этих процессов. (См. книгу “Мир Без Рака” для большей информации по трофобластовой теории рака.) Во-вторых, может быть удалена не вся злокачественная опухоль, и тогда то, что остается внутри хирургического разреза, может снова начать стремительно развиваться в злокачественную опухоль. Следовательно, раковые клетки получает возможность стать изолированными от воздействия панкреатических ферментов, которые играют решающую роль в разрушении трофобластовых клеток под воздействием лейкоцитов. Помимо этого, нет никакой уверенности в том, что хирургическое вмешательство продлевает жизнь пациента.

    Действенность рентгенотерапии рассматривается практически с тех же позиций, что и действенность хирургии. Ее цель состоит в том, чтобы удалить опухоль, но сделать это не хирургическим скальпелем, а методом выжигания радиоактивными лучами. Здесь, также,  прежде всего под воздействие попадают нераковые клетки, которые разрушаются. Чем более злокачественна опухоль, тем больше ее стойкость относительно радиации. Если бы это было не так, то Рентгенотерапия имела бы высокую степень "успешности ", которым, конечно, она не обладает. Она также увеличивает вероятность рака, развивающегося в других частях тела. Рентгеновские лучи стимулируют рак по крайней мере из-за двух факторов. В первую очередь, они наносят физическое повреждение всему телу, в результате чего организм запускает процесс заживления и начинает производить трофобластные клетки. Во вторых, они ослабляют или уничтожают производство лейкоцитов, которые составляют иммунологический механизм защиты организм против рака в целом. Как и в случае хирургии, практически нет никаких твердых доказательств того, что облучение фактически улучшает состояние пациента для его дальнейшего выживания. Для получения дополнительной информации относительно многих исследований, которые были проведены относительно терапии облучения, см. книгу, " Мир Без Рака ", Эдварда Гриффина.

   Мы вкратце просмотрели скудные результаты, полученные ортодоксальной хирургией и облучением. Однако, так называемые антираковые DRUGS (химиопрепараты ?, наркотики ?) многим ужаснее. Главная причина этого состоит в том, что большинство их, используемое в настоящее время,  обладает высокой степенью токсичности, проще говоря, они ядовиты по отношению не только к раку, но и  к остальному организму. В целом,  они в гораздо большей степени ядовиты по отношению к здоровым тканям, чем к злокачественной клетке. Все вещества на земле могут быть токсичны, если их количество превышает норму. Это истинно для аспирина, сахара, лаэтрила и даже для воды. Но, в отличие от них, антираковые химикалии ядовиты сами по себе. Их токсичность по отношению ко всему организму - не результат передозировки или некий побочный эффект, это их основной эффект. Другими словами, анти-злокачественные препараты преднамеренно ядовиты. Далее, эти химикалии выбраны, потому что они способны к дифференциации между типами клеток и, следовательно, они отравляют некоторые типы клеток больше, нежели другие. Но не придите к заключению, что они различают раковые клетки от нераковых, уничтожая только раковые клетки, потому что это не так, к великому сожалению.

    Клеточные яды, используемые в ортодоксальной терапии рака сегодня, не могут отличать раковые клетки от нераковых. Они воздействуют, дифференцируя различные клетки по степени их деления:  одни клетки являются быстроразмножающимися, а другие - медленно размножающимися или не размножающимися вообще. Клетки, которые активно делятся - это их мишени. Следовательно, они уничтожают не только раковые клетки, которые делятся, но также и множество нормальных клеток, застигнутых в процессе деления. В случае такого рака, когда скорость деления раковых клеток происходит медленнее, чем скорость деления обычных клеток, не существует ни одного теоретического шанса убить раковые клетки у пациента, прежде чем яды уничтожат самого пациента. Отравление всего организма - цель этих химикалий. Токсины ловят гемоциты в процессе деления и вызывают сепсис (отравление крови). Желудочно-кишечный тракт содрогается в конвульсиях, вызывая у пациента тошноту, понос, потерю аппетита, запоры и прогрессирующую слабость. Волосяные клетки быстро растут, следовательно - неизбежно выпадение волос в течение сеанса химиотерапии. Она воздействует на органы размножения, вызывая бесплодие. Мозг становится утомленным. Зрение и слух повреждаются. Каждая мыслимая функция разрушается с такими мучениями для пациента, что многие из их предпочитают умереть от рака, чем продолжать подобное лечение. Я уже говорил в другом месте, что врачи и персонал, который управляют этими процедурами, принимает все мыслимые меры предосторожности, чтобы никак не подвергнуться свои процедурам. Поскольку эти препараты настолько опасны, списки Chemotherapy Handbook включают в себя шестнадцать пунктов по безопасности медицинского персонала, который работает с этими препаратами. Процедура для безопасной ликвидации использованых шприцов и другого оборудования, используемого в этих “лечениях”, регулируется Управлением по охране окружающей среды под категорией " опасные отходы."  Однако, это те же самые вещества, которые вводятся непосредственно в кровообращение несчастных пациентов для того, чтобы вылечить их рак! Вот сообщение Южного Научно-Исследовательского Института, датированное 13 апреля 1972 года, сделанное на основании исследований, проводимых для Национального Института Рака. В сообщении говорится, что большинство лекарств, принятых на вооружение Американским Обществом Рака  под категорией “доказавших лечебные свойства” были испытаны на лабораторных животных, которые предварительно были здоровы! Результат - случаи рака среди этих животных! Вы можете в то поверить? Эти лекарства канцерогенны! Но как могут вылечить кого-то от чего-то эти яды, опасные отходы от которых нужно удалять, соблюдая особые меры предосторожности?!!!! Так почему же доктора все еще используют химиотерапию, если она - ядовита, иммунодепрессивна,  канцерогенна и бесполезна? Ответ -  они не знают, что еще делать. Доктора не любят говорить своим пациентам, что у тех больше нет никакой надежды. Доктор уже знает, что у этого пациента нет никакой надежды, но он также знает, что пациент не хочет слышать об этом и уйдет к другому доктору, который продолжит его лечение, поэтому он предпочитает лечить его сам, независимо от того насколько бесполезным или даже смертельным является таковое лечение. В своей книге “Своенравная Клетка, Раковая”, доктор Виктор Ричардс прояснил, что химиотерапия используется прежде всего затем, чтобы снова вернуть пациента к лечению и поддержать его моральные качества в то время, пока он умирает. Но это еще не все! Он пишет,

 " Однако, химиотерапия обнаруживает свою чрезвычайно важную роль в сохранении пациентов, ориентированных к надлежащей медицинской терапии, и снимает у безнадежных раковых больных чувство оставленности со стороны врачей. Разумная задействованность и наше изучение потенциально полезных препаратов могут также предотвращать распространение шарлатанства в области рака. " (Виктор Ричардс, Своенравная Ячейка, Рак; Его Начало, Характер, и Обработка; Berkeley: Университет Калифорнии, 1972, стр. 215-16)

   Небеса запрещают каждому оставить тошнотворные болезненные канцерогенные, и по общему признанию неэффективные " доказанные средства " ради такого "шарлатанства" как Laetrile! Вот в чем оказывается заключается суть “образовательных” программ ортодоксальной медицины - не дать их пациентам вступить на путь других форм терапии!

   Теперь давайте подведем итог четырем различным терапиям в области рака: ОПЕРАЦИОННАЯ ХИРУРГИЯ: Наименее вредна. Иногда спасительна как временная мера. Нет никаких доказательств, что пациенты, подвергшиеся радикальной или локальной операции, живут дольше тех, кто не прошли экстенсивный курс хирургии. Считается, что после операции повышается вероятность распространения раковых клеток в другие части тела. Когда хирургия имеет дело с внутренними опухолями, воздействующими на репродуктивные органы или органы жизнеобеспечения, статистический коэффициент длительного выживания, в среднем, 10-15 %. После метастазы, статистика длительного выживания  близка к нулю.

РАДИОАЦИОННАЯ ТЕРАПИЯ (ОБЛУЧЕНИЕ): Очень вредна во многих отношениях. Распространяет рак и ослабляет устойчивость пациента к другим болезням. Имеет серьезные и болезненные побочные эффекты, включая остановку сердца. Нет никаких доказательств, что пациенты, принимавшие эту терапию, остаются в живых дольше,  чем те, которые не ее не получали. Статистический коэффициент длительного выживания после метастаз близок к нулю.

ХИМИОТЕРАПИЯ: Также распространяет рак через ослабление иммунологического  механизма защиты. Крайне токсична. Увеличивает восприимчивость пациента к другим заразным болезням и инфекциям, часто приводя его к смерти от этих причин. Чрезвычайно серьезные побочные эффекты. Нет никаких доказательств, что пациент, обработанный химиотерапией, живет дольше, чем пациент, не принимавший химиотерапию. Статистический коэффициент длительного выживания после метастазы близок к нулю.

ВИТАМИННАЯ ТЕРАПИЯ: Нетоксичная. Побочные эффекты включают в себя повышение аппетита, увеличение веса, понижение кровяного давления, увеличение гемоглобина и количества эритроцитов. Устраняет или резко уменьшает боль без помощи наркотиков. Создает устойчивость организма по отношению у другим болезням. Является природным веществом,  найденном в пищевых продуктах и совместимым со всем биологическим опытом человека. Уничтожает раковые клетки и в то же время питает не-раковые клетки. Учитывая то, что большинство пациентов начинает витаминную терапию только после того, как они были порезаны, выжжены или отравлены ортодоксальными методами, после того как им сказали, что возможность их выживания равна нулю, можно сказать, что процент пациентов, возвращенных к нормальной жизнедеятельности (15 %)  очень ободряет. Для тех, кто сразу обратился к витаминной терапии, коэффициент длительного выживания - более чем 80 %!

   Вот Вам и разница! Вот Вам и Laetrile! По моему мнению каждый должен прочесть книгу " Мир Без Рака " Эдварда Гриффина для более ясного понимания сути рака, как человеческий организм его получает, и в чем смысл этой политики, которая запрещает народу знать о витаминной терапии. Даже если у Вас нет рака, Вы найдете пользу в этой книге. Рака больше не надо бояться, точно так же как мы не боимся цинги, рахита, beri-beri, и т.д. Мы не были брошены беззащитными на этой земле, но у нас должны быть уши, чтобы уметь расслышать правду и применить эти знания к нашим жизням. Ни один человек не любит Вас больше, чем Вы сами. Ни один доктор, исследователь, политический деятель, и т.д. Только Господь Бог любит Вас больше. Он дал нам эту информацию, чтобы мы могли жить цельной и плодотворной жизнью, не впадая в рабство к политическим манипуляциям за спиной наших жизней. Изучайте для самих себя, что хорошо и что плохо для Вас, и истина  освободит Вас!